Суббота, 19.01.2019, 12:03
Приветствую Вас Гость | RSS
Сайт Владимира Патрина
Главная
Регистрация
Вход
Меню сайта

Категории раздела
Культура [11]
Криминал [10]

Наш опрос
Чьё творчество вам ближе?
Всего ответов: 51

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная » Статьи » Публицистика » Культура

Rubber - человек в маске
                                   RUBBER* - ЧЕЛОВЕК В МАСКЕ
     Полутемное кафе, в центре небольшой подиум с металлическим шестом. Зрители, сидящие за столиками, притихли, потому как из динамиков поползла тяжелая, давящая на психику музыка. Сейчас должно произойти нечто из ряда вон выходящее. Тем более что культурная программа сегодня здесь относится к разряду аномальных: стриптиз – самое безобидное, что пока было продемонстрировано.
     Из полумрака наконец появляется некий субъект с экстравагантной прической и разрисованным лицом. За собой на цепи он ведет человека в черной маске. Причем на последнем из одежды лишь плавки и (если это можно причислить к одежде) ошейник. На сцене его зовут Rubber.
     Музыкальное сопровождение явно не располагало к легкому времяпровождению. Впрочем, этого и не предусматривалось. Маска поднялась на подиум, встала на колени и разжала кулак. Только тут зрители увидели, что в руке у артиста булавки довольно внушительных размеров.
     Далее последовало зрелище не для слабонервных. Rubber начал оттягивать на животе кожу, и прокалывать ее булавками, застегивая их будто на ткани. Причем было видно, что им прилагалось усилие, чтобы вонзить иглу в плоть.
     Кто-то из аудитории смотрел на происходящее с широко раскрытыми глазами, кто-то, получив определенную дозу шокотерапии, упирался взглядом в пол. На лицах были гримасы, окаменение, растерянность. Но, однако, никто не покинул зал, где творилась эта чертовщина.
                               "Ужас” на крыльях
     Его звали Романом, и было ему 30 лет от роду. О своей биографии он рассказывал неохотно, поскольку, по его мнению, ничего выдающегося в ней нет. Школа, армия, работа. Вроде бы все как у людей. Возможно, так бы оно и было, если бы не творческая жилка. Поначалу в составе одной ижевской музыкальной группы выступал по ночным клубам. Там то, на сборном концерте он и встретился со Стасом – композитором, исполнителем песен с неким инфернальным налетом. Так образовался творческий тандем. Правда, роли в нем распределились несколько неожиданным образом: Стас остался в своем прежнем амплуа, а вот Роману пришлось переквалифицироваться в исполнителя трюков. 
     Первые же номера, продемонстрированные компаньонами, как не странно, в здании детского кукольного театра, прошли на ура. Наш герой под музыкальные кладбищенские композиции летал под потолком… на тросе, разумеется. Очередная интерпретация ужаса, летящего на крыльях ночи. Нет, уважаемые читатели, не подумайте, что в зрительном зале находились дети. Помещение бралось в аренду под проведение шоу для продвинутой ижевской молодежи. И тинейджеры оценили труды "ужасного” дуэта.
     Далее, находясь под впечатлениями музыкальных экзерсисов Стаса, Роман брался было за ритм и бас-гитару, но из его стараний ничего путного не вышло. И тогда пришло осознание, что на сцене он не будет ни петь, ни аккомпанировать. Его дело – игра, иллюзион. Но в качестве кого предстать перед публикой, какой номер сделать, чтоб он не был банальным? 
                               "Вальсирующие псы”
     В уютном офисе, где работает Роман, диктофон наматывал очередной метр аудиопленки. Напротив меня в кресле сидел "виновник” интервью. 
     - Знаешь, - говорил он, - я просто торчу он самой формы булавки. Не знаю почему, но обожаю этот предмет. Что-то в ней есть магическое.
     При этих словах в его глазах блеснул какой-то дьявольский огонек.
     Как все началось? Сидели в квартире с друзьями, попивали пивко и беззаботные разговоры перешли в импровизированный конкурс "Слабо”. Так Роман, будучи подшофе, достал из коробочки со швейными принадлежностями самую большую булавку и застегнул ее на себе. Кстати, это был первый и последний раз, когда портняжная принадлежность была не стерилизована.
     Боль? Да, он ее почувствовал. Но превозмочь ее смог. Однако изумление друзей вызвало не это, а то, что после проколов кожи на ней не было крови. Так и пришла идея номера – брутального пирсинга. 
     Безусловно, мысль возникла не на пустом месте. Роман как-то видел на ночном телеканале выступление западных шоуменов, работающих в этом стиле (правда, видел иглы, но не видел булавок). Читал и в интернете о "душещипательных пирсинг-шоу”, проводимых в Москве. Только вот все тамошнее действо заключалось в том, что на сцену приглашались зеваки из зала и им, как говорится, не отходя от кассы, прокалывали ухо (или другую часть тела, по желанию) и вставляли туда металлическую "фенечку”. Но разве это зрелищно? Номер, по размышлениям Романа, тем интереснее, чем естественнее.
     Кстати, в памяти начинающего шоумена надолго осталось выступление в ижевском комплексе "Галерея” так называемых "вольных художников” из Москвы. Провинцию легко удивить и шокировать. Но то, что делали эти визитеры, пожалуй, удивило бы и искушенную публику. Один из "художников” рисовал в зале автопортрет… своей кровью. Причем одна игла от капельницы была воткнута ему в руку, а другой, из которой брызгала венозная кровь, он рисовал свой профиль…
     Итак, решение было принято. И при первой же встрече со Стасом Роман огорошил его новостью о придуманном шоу. Так родилась шоу-группа под несколько странным названием "Вальсирующие псы”.
                                     Ижевский факир
     Первое выступление состоялось в ижевском клубе "Light Zone”. Поначалу, девушки, подогретые пивом и танцами, увидев на подмостках парня в черной маске, правках, и с цепью на шее, завизжали, думая, что их ждет мужской стриптиз. О, как жестоко они ошиблись! Черная маска стала с натугой вдавливать в себя булавки, величиной с ладонь. Одна зрительница от увиденного чуть было не упала в обморок и кавалеры под руки вывели ее на свежий воздух.
     - Какие были ощущения? - вспоминает Роман. – Я будто погрузился в горнило и вынырнул из него совершенно другим человеком. Вдруг взглянул на эту жизнь под незнакомым мне углом, избавился от некоторых внутренних зажимов. И еще заметил одну особенность: наши люди обожают шоу, где есть сцены боли и насилия. Получается, что я просто удовлетворяю их скрытые в подсознании запросы, подстегиваю их желания.
     Его сценический псевдоним – Rubber – в жизни не оправдывает себя. Он, также как любой нормальный человек, чувствует и укол швейной иглой и укус комара. Просто на психологическом уровне он научился превозмогать боль.
     В гримерке Роман не вводит себя в медитативное состояние и совершенно раскован, позволяя даже опустошить бутылочку пива. Маховик внутренней энергии раскручивается после первого шага в зал. Можно ли назвать его сценическое состояние трансом? Скорее всего, да, ведь он - ижевский факир - сосредотачивается на себе, отключаясь от происходящего вокруг. 
                                               Двойная игра
     - Послушай, если ты говоришь, что у тебя после манипуляций с булавками никаких следов на теле не остается, то откуда тогда рубцы, которые видел на выступлении? – спрашиваю я своего vis-a-vis.
     - Это память об армии. Дело в том, что как-то раз уйдя в самоволку, мне пришлось перелезать через колючую проволоку, - отвечает, улыбаясь, Роман. 
     Еще не нашелся прозаик, который бы, как Василий Шукшин – деревенских, создал бы галерею городских "чудиков”. "Чудиков”, значит чудаков, живущих в своем, понятном им одним мире, без которых наша жизнь стала бы пресной и скучной. Роман, без сомнения, попал бы в эту когорту. Чего ему не хватает? Работа престижная, денег хватает. Да, собственно, не в деньгах дело, ведь за свои выступления он не получает ни копейки. 
     – Так, - говорит, - для самореализации выступаю. Один человек копит в себе отрицательные эмоции, которые потом выплескиваются в агрессию. А я вот все жизненные тяготы перемалываю на сцене. В гримерку ухожу уже другим человеком, переродившимся.
     О том, что Роман порой надевает маску и защелкивает на себе булавки, знают немногие, и хранят этот секрет. Даже его девушка не догадывается о той, второй, не афишируемой жизни. Потому и натягивает он на голову черный полиэтилен, чтобы остаться не узнанным. 
                                      *   *   *
     - Булавка для меня – некий символ, фетиш.
     И он приподнимает футболку, демонстрируя правое предплечье. На нем красуется цветная татуировка, имитирующая мышцы, проколотые несколькими булавками…
 
P.S. Когда я выключил диктофон и сложил все журналистские причиндалы в сумку, Роман сказал:
- Единственное, чего я боюсь, так это уколов, что ставят врачи.
 
* (англ) - резиновый
 
Категория: Культура | Добавил: Vladimir (04.01.2011) | Автор: Vladimir Patrin E
Просмотров: 367 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Яндекс цитирования
    Copyright MyCorp © 2019
    Бесплатный хостинг uCoz